Пары, семья и материнство

Здесь почти нет одиночных фигур: почти в каждой работе рядом кто-то есть. Пожилая пара сидит в креслах у камина, где горит живой огонь, а на полке стоят часы, книги и свеча. Другая пара чокается бокалами за круглым столиком — годовщина свадьбы. Третья пьёт чай друг напротив друга, между ними сервиз и ваза с цветами.

Молодые сцены решены иначе: юноша и девушка вместе читают письмо на скамье, рядом пара белых голубей; мужчина и женщина склонились над одной раскрытой книгой на софе; джентльмен подаёт даме розу, а у скамьи лежит собака и брошена газета.

Материнство — отдельная линия. Молодая мать с ребёнком на руках и служанка у плетёной колыбели, где устроился котёнок; женщина показывает куклу малышу в люльке, украшенной розами.

Предметы вокруг фигур делают эти сцены узнаваемыми: коляска в горошек с золотыми колёсами, спаниель у ног, чайник, лист с рисунком, за которым склонились двое. Именно они превращают фарфор в жанровую сцену, а не в парадный портрет.